Как бороться с дереализацией и деперсонализацией?

1. Данные пациента (я):· Текущие симптомы (нарастают в течение нескольких недель):· Диссоциативные эпизоды: Чувство дереализации/деперсонализации («это происходит не со мной»). · Кратковременные «отключения»: Ощущение «щелчка выключателя», когда сознание временно и резко выдергивается из реальности. · Зрительные псевдогаллюцинации: Мерцающие точки, пробегающие тени на периферии зрения, простейшие зрительные образы. · Невозможность заземлиться: Стандартные техники (дыхание, сенсорное заземление) не работают или дают кратковременный эффект. · Острое эмоциональное истощение: Чередование онемения и панических атак. Мысли о самоповреждении как о способе «вернуться в реальность». · Текущая медикаментозная/терапевтическая помощь: Отсутствует в данный момент из-за отсутствия средств. Состояние ухудшается без вмешательства. 2. Источник хронического и острого стресса (ситуация с отцом):· Отец: Бывший врач, пожилой человек. Отказывается от профессиональной медицинской помощи, практикует опасное самолечение. · Его состояние: На месте недавней ампутации из-за гангрены — химический ожог концентрированным раствором марганцовки. Риск рецидива гангрены и сепсиса крайне высок. · Динамика отношений:· Абьюзивная модель общения: Отец отрицает реальность, борется за власть, винит и манипулирует. · Созависимость: Я — единственная дочь, несущая полную нагрузку по уходу и принятию решений. · интенсивные скачки эмоций (вина/ярость/жалость). · Финансовая зависимость: Исторически отношения строились на схеме «деньги в обмен на лояльность и молчание». Сейчас эта схема рушится, что усиливает кризис. 3. Конкретная опасность текущего момента:· Для отца: Высокий риск сепсиса или рецидива гангрены из-за отказа от врачебной помощи. Он неадекватно оценивает риски. · Для меня: Психическое состояние достигло уровня психиатрического кризиса. Диссоциативные симптомы делают меня недееспособной для безопасного ухода за другим человеком. Я могу навредить ему по неосторожности (спутать препараты, не заметить признаков ухудшения) и наношу катастрофический вред своему психическому здоровью. · Тупик: Любая попытка настаивать на враче для отца вызывает у него агрессию и манипуляции. Любое продолжение ухода за ним усугубляет мою диссоциацию. Я оказалась в ловушке между его физической угрозой и своей психической. 4. Что было предпринято:· Разработан четкий план передачи ответственности врачам (с фиксацией отказов, вызовом скорой при ухудшении). · Попытки установить границы и донести свою позицию («доверяй, но проверяй», метафоры). · Все попытки натолкнулись на полное отрицание с его стороны5. Непосредственная причина обращения за помощью СЕЙЧАС:· Мое состояние перешло в острую фазу, когда я не могу обеспечивать свою базовую безопасность (из-за отключений сознания) и полностью утратила ресурс для ухода за· Организации профессионального ухода за отцом (вызов участкового врача, соцслужбы, патронажа), который я больше не могу обеспечивать. · Разрушения токсичной созависимой динамики, которая напрямую угрожает жизни и здоровью обоих. 6. Моя просьба к специалисту/службе:Мне необходима помощь в кризисном вмешательстве по двум параллельным направлениям:1. Для меня: Срочная психоневрологическая помощь в письменном формате2. Для отца: Содействие в организации визита к нему медицинского работника (хирурга, терапевта) на дом, либо информация, как при его сопротивлении можно легально и этично вызвать бригаду для осмотра. Помощь в подключении социальных служб. Я осознаю, что нахожусь в точке, где мои собственные силы исчерпаны, и дальнейшее пребывание в этой ситуации без внешней поддержки приведет либо к моему тяжелому психическому срыву, либо к необратимым последствиям для здоровья отца.